«Услышать слово автора и сделать его своим»: педагог ГИТИСа Татьяна Васильева о театре и сценической речи

Татьяна Васильева Фото: © Российский институт театрального искусства — ГИТИС

— Татьяна Игоревна, у вас редкая профессия. Как вы к ней пришли? 

— Когда я училась на актёрском факультете, поняла, что сценическая речь — не менее важная дисциплина, чем актёрское мастерство. Для меня это было настоящим откровением. Оказалось, что через слово и через автора можно раскрывать смыслы. Второй момент касался техники. Мне очень нравилось новаторство сценической речи и всё, что связано с ритмами. Когда я приходила к нашим педагогам на занятия, я смотрела и думала, сколько всего можно сделать голосом! Первым моим учителем и наставником в этом деле стала Татьяна Ивановна Ярыш. Она горела этим предметом — и благодаря ей во мне произошли эти изменения. Именно тогда у меня и утвердилась мысль о работе со словом. 

Сейчас красиво говорить модно, потому что всё стало публичным. Человек любой профессии должен уметь ясно и чётко выражать свои мысли. Все стараются быстренько обучиться ораторскому искусству, эффективному общению. А раньше это не было настолько востребовано, и нельзя сказать, что в эту профессию шли охотно. Но у меня сомнений не было.

— Кто были ваши первые ученики?

— Благодаря своему научному руководителю Ирине Юрьевне Промтовой я входила в профессию очень плавно. Ещё аспиранткой я работала на актёрском факультете — это был курс Сергея Анатольевича Голомазова, где учились Никита Кологривый,  Артём Губин, Илья Антоненко и другие. Замечательный был курс! Я пробовала на них свои силы как педагог: работала над текстом, над техническими упражнениями. Потом был факультет музыкального театра — мастерская Александра Борисовича Тителя. Там тоже работала с прекрасными ребятами, которые сегодня поют в Театре Станиславского и Немировича-Данченко, в Мариинском театре и других.

На мастер-классе Татьяны Васильевой резиденты «ГИТИС — Сириус» работают над пластикой тела Фото: © Медиадом «Сириус» / Евгений Эргардт

В профессию как самостоятельный педагог я вошла на театроведческом факультете ГИТИСа с курсом «Основы сценической речи». Уже 13 лет я фактически бессменно работаю на этом факультете и преподаю основы сценической речи.

— Сколько человек поступает на актёрский курс Российского института театрального искусства — ГИТИС?

— В этом году конкурс на актёрский факультет был около 300 человек на место — это очень много. В ГИТИСе набрали два очных курса — от 16 до 26 человек. Я с каждым годом думаю: зачем молодёжь идёт в эту профессию? Нет того же распределения, какое было в советское время. Сейчас всё сложнее. Но, как показывает статистика, актёрами мечтают стать всё больше и больше молодых людей. 

— Что важнее для будущего актёра: говорить правильно или слышать слово? И можно ли этому научить?

— Конечно, мы работаем с голосом — это первооснова. Ты можешь прекрасно размышлять о слове, но если технический аппарат не оснащён, ничего донести до зрителя не получится. Поэтому первый курс и вообще начало начал — это дыхание, голосовые упражнения, снятие напряжения, дикция. Всё в один котёл замешивается, и на протяжении первого года активно прорабатывается именно техника. 

Потом на втором курсе включается звуковысотный диапазон — звучание в разных регистрах. Начинается интенсивная работа над словом. В первую очередь мы работаем над логикой. Наша задача — добраться до сути, найти в тексте зерно. Нужно добраться до замысла автора, интерпретировать его, пропустить через себя и осмыслить. По сути, это часть актёрского мастерства: расшифровать каждое слово и донести смыслы до зрителя.

Мастер-класс Татьяны Васильевой: педагог показывает, как не стоит работать с лицом и голосом Фото: © из личного архива Татьяны Васильевой

— Вы работаете с текстами разных эпох — от классики до современной драмы. Меняется ли язык сцены вместе с повседневным языком?

— Мы стараемся максимально дотянуться до автора и понять, как было в XIX или XX веке. Сначала идут смыслы, а уже из них рождаются интонации, голосовые интерпретации и прочие внешние проявления, которые, конечно, тоже очень важны. Вместе со студентами мы стараемся почувствовать стиль автора, стиль времени. Всегда просим ребят в работе над текстом обращаться к истории: что происходило в жизни автора, в стране, почему этот импульс у него случился, что сподвигло написать это произведение. Иногда мы находим разгадки именно в биографии, в истории. Читаешь — и кажется, что всё понятно, а потом немножко взрыхляешь — и там оказывается гораздо глубже, интереснее и порой страшнее.

Лексика писателей прошлого может быть далека от нас сегодня, и студентам порой тяжело. Они замечают какое-то интересное слово, но не очень представляют, как его использовать в жизни. Тогда я даю задание — использовать это слово в повседневной речи в течение нескольких дней. Через неделю они говорят, что пробовали внедрять его в свою речь — и это оказалось и сложно, и интересно. 

— Как вы погружаете студентов в атмосферу произведения?

— Этим летом на втором курсе мы проводили экзамен по сценической речи. Студенты сдавали поэзию с XIX по XXI век. Читая поэтов XIX века, мы воссоздали салон: девочки были в красивых платьях, с причёсками и альбомами, будто Александр Сергеевич Пушкин «внёс смиренно» в них строки восхищения. Студенты читали стихи и давали себе и окружающим ощущение того времени. То же самое делали с другими поэтическими вехами.

Ещё мы просим слушать музыку. Это могут быть романсы или произведения Чайковского. Слушаем произведения, написанные на стихи автора. Это помогает и в эмоциональном погружении, и в физическом ощущении.

Тренинги по сценичексой речи от Российского института театрального искусства — ГИТИС проходят в разных городах России и зарубежья Фото: © из личного архива Татьяны Васильевой

— Студенты приходят с разным языковым опытом. Кто-то вырос на книгах, кто-то на видеоконтенте. Есть разница в работе с ними? 

— К нам всё-таки приходят в основном читающие ребята. Остальные просто заражаются, если до ГИТИСа не любили это дело. Читают много и довольно быстро, делятся впечатлениями. При этом они современные дети. Например, один из них на днях сказал, что не читал книгу, но спросил у нейросети об основных главах, тезисах, героях. Теперь хочет её прочитать.

Что касается видеоконтента, то ко Дню отца мы записывали стихи в видеоформате — и для студентов это оказалось близко, интересно и понятно. Они с большим интересом к этому отнеслись. Разные форматы пытаемся придумывать, чтобы книги в итоге были актуальны.

— Что сегодня происходит в театре с русским языком? Он упрощается, подстраивается под зрителя? Как вы к этому относитесь?

— Я абсолютно уверена, что театр должен «приподнять» зрителя. В хорошем смысле этого слова. Мы настолько погрязли в бытовухе, в общении в мессенджерах: «ок», «тип того», «норм». Я сама себя на этом ловлю и порой останавливаю — нет, не буду так писать, даже если тороплюсь.

Театр должен быть глотком культуры

Это должна быть очень правильная инъекция от нашего упрощённого существования. Упрощённого не потому, что мы деградируем, а потому, что очень быстрый ритм жизни. У нас нет времени на качественное общение. Поэтому театр даёт зрителю возможность замедлиться, услышать слово автора и сделать его своим. Мне кажется важным, чтобы театр не подстраивался под зрителя, а давал ему возможность вспорхнуть.

Опера «Пётр Первый» композитора Михаила Богданова в Концертном центре «Сириус», Челябинский государственный академический театр оперы и балета им. М. И. Глинки Фото: © Медиадом «Сириус» / Анастасия Черкасова

Опера Н. А. Римского-Корсакова «Сказка о царе Салтане» в постановке Московского академического Музыкального театра имени К. С. Станиславского и Вл. И. Немировича-Данченко на сцене Концертного центра «Сириус» Фото: © Медиадом «Сириус» / Евгений Эртардт

Спектакль-дастан «Кулмырза и Аксаткын» на Международном фестивале искусств для детей и молодежи «Сириус – Роза Хутор» Фото: © Медиадом «Сириус» / Евгений Эртардт

— Что важнее: чтобы русский язык звучал со сцены правильно или чтобы он вообще звучал со сцены, пусть и в просторечной форме?

— Важно, чтобы он звучал правильно. Мы всегда спрашиваем студентов, понимают ли они значение слова. Часто они отвечают, что им оно ясно из контекста. Я объясняю, что со сцены нельзя произнести слово, не понимая его точного значения, будь оно устаревшее или иностранное. Также важно ударение. Когда мы говорим о речевой культуре — орфоэпии, к сожалению, видим в русском языке глобальные изменения. Например, «кофе» уже можно употреблять в среднем роде. Студенты спрашивают: разве это не современный русский язык, разве орфоэпия — не культура современного языка? Я соглашаюсь, что здесь они правы, но предлагаю всё-таки оставаться на том культурном уровне, который заложен величайшими учёными и авторами.

Я всегда говорю: на сцене должен быть сговор. Если вы играете автора определённого времени — значит, вы должны понять, как было тогда, как и что тогда говорили. Не надо упрощать Островского или Чехова. Они сами по себе очень актуальны — порой потрясает, насколько точно авторы звучат сегодня. 

Иной раз читаешь произведение и просто захлёбываешься в смыслах, лексике. Думаешь: как они разговаривали, как они писали! Молодые люди — такие же, как мы. Как они так говорили? Как это вообще возможно? Поэтому, конечно, мне кажется, должно быть очень трепетное и уважительное отношение к слову на сцене.

Участники резиденции «ГИТИС — Сириус» представили композицию «Посвящение» по произведениям Анны Ахматовой, Николая Гумилёва, Иосифа Бродского и других поэтов XX века Изображение: © Медиадом «Сириус» / Денис Пискарев

Как молодым артистам получить грант на театральную постановку?
 
Стартовал приём заявок на первый фестиваль театрального слова «Слово. Сцена. Сириус», который объединяет театральное искусство, образовательную миссию Сириуса и лингвистическое наследие выдающегося филолога Людмилы Вербицкой. Её идея сохранения «живого русского слова» станет смысловым ядром фестиваля. Организаторы — Образовательный фонд «Талант и успех» при поддержке ГИТИСа и Международной организации по русскому языку (МОРЯ).
 
Конкурс проводится для студентов театров, выпускников профильных вузов, молодых режиссёров и драматургов от 17 до 35 лет. Заявку на участие необходимо прислать до 5 ноября на электронную почту sirius.concert@talantiuspeh.ru с указанием «Слово. Сцена. Сириус» в теме письма. В ней нужно представить идею спектакля, концепцию, видеовизитку и предварительную смету. Шесть лучших команд в ноябре приедут в Сириус для участия в грантовой лаборатории, где подготовят эскизы (фрагменты) постановок. Победители получат грант на реализацию проекта, также их спектакли покажут на фестивале «Сириус — Роза Хутор» в 2027 году. Кроме того, победившие команды смогут стать авторами первых постановок театра «Живое слово», создаваемого на федеральной территории «Сириус» по указу Президента Владимира Путина. Подробности о конкурсе — на сайте Концертного центра «Сириус».

— По поручению Президента России в Сириусе создаётся Театр русского языка «Живое слово». Идея в том, чтобы объединить на сцене театр, науку о языке и образование. На ваш взгляд, что такой подход может дать русскому языку на сцене?

— Мне кажется, во-первых, он может дать очень правильные эксперименты в хорошем смысле этого слова. Понятно, что нужно будет направить этих молодых ребят, при этом не удерживая их в этом эксперименте. В таком процессе может родиться что-то новое, интересное и важное. Ведь кто, как не они, сегодня дают движение в будущее.

«Слово. Сцена. Сириус» — новый театрральный фестиваль для молодых актёров и режиссёров будет проходить на федеральной территории «Сириус» ежегодно Изображение: © Яна Алябьева / «Сириус(Журнал»

Могут быть какие-то интересные открытия, в том числе в русском языке. Совершенно неожиданные новые взгляды, через которые мы плотнее выстроим диалог с молодёжью. Мне кажется, сегодня мы наблюдаем очень хорошую тенденцию.  

Становится модным говорить хорошо, красиво, объёмно и разнообразно на родном языке

И этот проект может дать очень важный импульс молодёжи, что говорить красиво — это стильно.

— Что на ваш взгляд Сириус и Российский институт театрального искусства — ГИТИС могут дать друг другу — где у них точки соприкосновения?

— Для нас очень важно, что наши выпускники свою творческую жизнь будут начинать в таком важном проекте, несущем что-то светлое и прекрасное. Мы в абсолютнейшем восторге от этого диалога. Нам очень важно и ценно, что мы можем работать с ребятами, которые, возможно, раньше не были связаны с творчеством, а может быть, и вовсе занимаются наукой — таких замечательных ребят мы видели летом в Сириусе. Мы можем через искусство что-то им передать, выстроить с ними диалог и влюбить их в слово.

Этим летом занятия для участников резиденции «ГИТИС — Сириус» проходили в стенах Концертного центра «Сириус», в будущем у них появится шанс стать участниками первых спектаклей в Театре русского языка «Живое слово», который откроется на федеральной территории Фото: © Медиадом «Сириус» / Алёна Енченко

Замечательно, если откроются какие-то новые имена. Прекрасно, что есть возможность объединиться в команды, чтобы ребята с разных факультетов ГИТИСа смогли принять участие в фестивале театрального слова «Слово. Сцена. Сириус». Победители смогут представить свои эскизы, фрагменты спектаклей публике и таким образом стать первыми авторами постановок театра «Живое слово», который открывается на федеральной территории. 

— Что касается популяризации русского языка за рубежом, как в этом направлении сегодня работает театр?

— Культура — это мягкая сила. Недавно наши студенты были в Европе, и там их приняли с распростёртыми объятиями. Они читали Есенина — одного из самых русских авторов. Париж, Брюссель, Люксембург рукоплескали им. Культура всё-таки остаётся диалогом между людьми и между странами.

Также мы выезжаем в соседние страны СНГ. Школы ГИТИСа проводим совместно с ребятами из Киргизии, Казахстана, Таджикистана, Узбекистана, Белоруссии. Выезжаем и в Бразилию, Индию. Приятно осознавать, что культура объединяет людей. Это один из инструментов сохранения русского языка в мире. И в нашей стране сегодня заметна эта тенденция. Смотришь репертуар — много русских авторов.

— Как понять, что спектакль удался?

— Наш прекрасный мастер и заведующий кафедрой режиссуры в ГИТИСе Андрей Александрович Гончаров всегда задавал очень важный вопрос: какое письмо мы сегодня отправляем в зрительный зал? И для меня хороший спектакль — это когда я как зритель получила письмо. Оно не обязательно счастливое: может заставить плакать или не спать всю ночь. Но если я выхожу и внутренне перечитываю его, возвращаюсь к нему, а не «пробегаю глазами и выбрасываю» — значит, спектакль удался.